Признаки раннего модерна в интерьерах

68

Признаки раннего модерна в рафинированном виде обнаруживаются и в интерьерах здания гостиницы «Метрополь» в Москве, построенного архитектором Э. Валькотом в 1890-х годах.

Наиболее многочисленные и показательные случаи перехода на формы модерна содержатся в сооружениях Петербурга. Архитектор Г. В. Барановский работал с использованием разных стилей, но в своем стремлении быть современным активно применял формы модерна. Среди его произведений (главным образом жилых домов) выделяется здание бывшего магазина Елисеева на Невском проспекте, совмещенного с театром, расположенным над ним. Здесь все без исключения — огромное зеркало в обтекаемой формы раме на центральной стене, вся структура стен, декорировка потолка, огромные ветвистые лампионы-торшеры в виде букетов лилий (цветок, особо любимый модернистами) — характерно для ранней декоративной стадии стиля.


Типичны также внутренние отделки сооружений, возведенных в Петербурге архитектором П. Сюзором, — дома Общества взаимного кредита на Екатерининском канале и находящегося в том же квартале, на углу Невского проспекта, бывшего дома фирмы «Зингер» (ныне Дом книги). По-своему классическим примером внутренних отделок модерна может служить Витебский вокзал, возведенный в Петербурге в первые годы XX века архитектором С. А. Бржозовским совместно с С. И. Минашем. Интерьеры Зала ожиданий, ресторана и другие архитектурно-орнаментальной отделкой могут служить своеобразной энциклопедией форм модерна. В большом зале стены и свод прорисованы и пролеплены с чувством стиля, профессионально очень убедительно и зрело, тектонично и вместе с тем очень свободно. Не станем перечислять отдельных орнаментальных тем, но некоторые из них — головки и маскароны, растительные мотивы, филенки, заполненные ритмично повторяющимися стилизованными элементами, настолько характерны, что их нельзя не назвать. Чрезвычайно показательны перила лестничных маршей, светильники — подвесные и типа торшеров. Во всем превалируют тянутые, плавно изгибающиеся очертания и линии, смягченные углы и переломы.

Особенно широко распространился модерн в области жилого интерьера и связанных с ним прикладных искусств. Здесь его появление и распространение в меньшей степени было ограничено официальными, общественными условиями. Частные владельцы и частные предприниматели — фабриканты и мастера — в вопросах убранства и оборудования жилых помещений чувствовали себя более свободно и независимо.

Самый распространенный в практике пример применения нового стиля — известный особняк банкира С. П. Рябушинского в Москве, недалеко от Никитских ворот, построенный в 1900 году Шехтелем. Это самый смелый эксперимент в этом плане. Черты модерна выражены здесь в крайних формах в целом I ряде помещений, по наиболее типична и показательна главная лестница с мраморными перилами ее маршей, развивающими пластически тему вскипающей и опрокидывающейся на берег морской волны с высоко вскинутым гребнем (устой на уровне первого этажа). Тема эта и связанные с ней мотивы источенных прибоем прибрежных камней, морских водорослей и тому подобного была широко распространена во вновь возникшем стиле.

В пределах той же лестницы обращает на себя внимание большой оконный проем, заполненный сложным по рисунку витражом, с манерным сплетением горбылей. В большинстве жилых домов, построенных в формах модерна, в том числе в зданиях, возведенных по проектам ведущих архитекторов Лидваля, Лялевича, Кекушева и других, как в планировке, так и в отделке квартир учитывались современные требования. Планировка, если это позволяли общее расположение дома в пределах данного участка и функциональная сторона, приобретала относительную свободу. Оконные проемы, очень часто размещавшиеся на фасадах ритмически разнообразно, в пределах тех или иных помещений далеко не всегда оказывались на осях комнат. В квартирах очень часто варьировались размеры дверей и их размещение в плане. Комнаты часто дополнились эркерами, нередко появлялись стенные ниши. Рисунок дверных полотен в их наличников, рамы окоп и оконные переплеты, формы и облицовка печей и каминов, чаще всего убранных глазурованными плитками, как правило, соответствовали новой эстетике. Но главное, что определило стилистический характер жилых интерьеров, это обстановка квартир с разнообразной мебелью в стиле модерн, оконными драпировками, скатертями, коврами и ковриками, обоями, «стильными» рамами картин и многочисленных фотографий, люстрами, настольными лампами, вазами, оригинальность была в моде вплоть до скобяных изделий, все было — модерн.

Асимметричная расстановка мебели, обилие декоративных предметов — ваз, скульптурных бюстов, светильников различных типов и специфических форм — все это призвано создавать атмосферу уюта и рафинированности. С модерном по своему настроению связаны и произведения живописи манерно-салонного плана, изображающие евангельские, античные и иные сцены, пейзажи, портреты. Значительно более «богатый» и нарядный характер носит Кленовая гостиная, заполненная мебельным гарнитуром из серого мореного клона. Обращают па себя внимание явно гипертрофированные, надуманных форм спинки дивана и стульев, в которые включена тема цветка тюльпана. Чрезвычайно типичны композиционные решения и линии зеркального шкафа, большого трюмо, сочетающегося с деревянной панельной стенкой комнаты, камина. Каждый из предметов, включенных в обстановку, — вазы многослойного цветного стекла фирмы Э. Галле, изделия датского фарфора, шелковые ткани с изображением лилий и фантастических птиц, — все это дает обильный материал для стилистических обобщений модерна.

Сходные темы и мотивы можно было наблюдать и во многих квартирах представителей привилегированных, в частности, буржуазных слоев русского общества на рубеже веков.

Некоторые элементы модерна 1910-х годов используются декоративным искусством наших дней.

Среди архитекторов, представлявших модерн в петербургской строительной практике, необходимо выделить Ф. И. Лидваля, М. С. Лялевича и М. М. Перетятковича — талантливых художников, обладавших высоким уровнем профессиональной культуры. Среди них на первое место по достигнутым реальным результатам должен быть поставлен Лидваль. Именно он является автором оформления гостиницы «Европейская». Но основными его произведениями из числа общественных сооружений являются гостиница «Астория» и бывший Азово-Донской банк в Петербурге. Здание банка в своем внешнем облике представляет попытку синтезировать модерн с классицизмом. Внутри же основное — операционный зал — решено и формах модерна, но не раннего декоративистского, а позднего, в котором на первый план стала выступать тектоническая, конструктивная основа. Это и не удивительно, ибо отмеченное явление стало достаточно определенно проявляться во второй половине 1910-х годов. Здание же Азово-Донского банка относится именно к этому времени — 1907-1910 годам.

Совмещение черт модерна с неоклассицизмом наблюдается и в творчестве Псретятковича. Оно проявилось, в частности, в фасадном решении здания Русского торгово-промышленного банка (1910-1915) на Большой Морской (ныне ул. Герцена) и интерьерах дома частного банка Вавельберга на Невском проспекте. Главный операционный зал последнего, решенный ордерными средствами, монументален и красив в пропорциях и деталях, но выисканность рисунка последних, сам его характер целиком лежит в рамках модерна.

Нами просмотрен значительный материал по русскому интерьеру с конца XVIII столетия и до второго десятилетия XX века. Перед читателем прошли выдающиеся памятники высокого классицизма Петербурга, Москвы, других городов и районов страны, сооружения второй половины XIX века с характерным для многих из них смешением стилей, вплоть до зданий, отмеченных печатью модерна. Мы знакомились с творениями замечательных зодчих — Воронихина, Захарова, Стасова, Росси, Бове, Жилярди и других. Лучшие и наиболее характерные отличались цельностью решения и внешнего, и внутреннего облика.