дом Пашкова на Литейном проспекте

Из зданий, в архитектуре которых последовательно проявляется стиль «неогрек», следует отметить Пашкова на Литейном проспекте в Петербурге с подъездом в виде портика с кариатидами ( Г. А. Боссе, 1848). Первоначальную отделку сохранили вестибюль и парадная лестница. Последняя отличается исключительной монументальностью решения.

Здесь применены большие монолитные колонны красного гранита, поддерживающие площадки и лестничные марши. Активно использован металл. Убедительны по рисунку бронзовые перила. Решение парадных лестниц с использованием гранитных колонн встречается относительно часто (колонны сердобольского гранита на парадной лестнице Нового Эрмитажа, колонны красного гранита в зданиях архитектора И. Ефимова на Исаакиевской площади и др.).

На общем фоне относительно простых композиций интерьеров в формах «неогрек» и «помпейского» стиля выступают решения и более сложные, необычные. К ним относился ванной комнаты в особняке Разумовской на Большой Морской улице в Петербурге.

Ванная, объединенная с туалетной комнатой, представляла собой полукруглое помещение, перекрытое куполом со световым фонарем и росписью с изображением нимф, гирлянд и букетов. Купол поддерживался дугообразной в плане стеной, в которой сделаны проемы. Простенки обрамлены кариатидами. Активную роль в убранстве помещения играют ткани, драпировки. 1830 и 1840-е годы — время, когда стал проявляться интерес к архитектуре итальянского Возрождения.

Во многих ранних образцах к формам итальянского Ренессанса примешивались мотивы стиля «неогрек», вернее, возникали компромиссные варианты в результате сопоставления этих двух стилей. Типичны в этом отношении работы М. Быковского. Около 1840 года он строит в Москве первый в России торговый Пассаж — галерею Голицына на Петровке.

В архитектуре галереи древнегреческие формы — коринфские колоннады, антефиксы и другие — уже сочетаются с «ренессансными» мотивами (арочные проемы в первом этаже и др.). В 1850-х годах Быковский создает особняк Вонлярлярского в Петербурге.

И на фасадах, и в интерьерах явно преобладают уже формы итальянского ренессанса (наличники окон типа Канчелерна, декорировка арочных проемов на лестнице и т. д.), но наряду с ними имеют место греческие и эллинистические мотивы (портик кариатид на фасадах, некоторые черты в трактовке ордера — рисунок пилястр и лопаток, профиля и т. д.). Смесь мотивов древнегреческого и ренессансного происхождения имела место также в доме Самойловой в Графской Славянке, о котором выше уже шла речь.

Гостиная в доме гр. Самойловой в имении Графская Славянка

Для разработки стиля «неогрек» многое было сделано также А. Штакеншнейдером. Одним из ярких и последовательно выраженных проявлений «новогреческого стиля» в его творчестве явилась дворцовая усадьба Сергиевка, созданная для герцога Лейхтенбергского в 1840-х годах.

Тогда же и в том же стиле Штакеншнейдером были построены в Петергофе павильоны на Царицыном и Ольгином островах в Колонистском парке и Розовый павильон («Озерки») в Озерковом парке. Павильон па Царицыном острове — асимметричный, с выступающим в сторону объемом в виде греческого неостиля, с башней и небольшим перистилем — в представлении современников был изящным сколком античной древности.

Главное внимание было обращено на создание иллюзии подлинной античности. Гейрот писал: «Внутренность павильона отделана в помпеевском вкусе. В столовой средняя часть пола состоит из настоящей мозаики из Помпей». При наличии роскошной отделки с использованием ценных пород цветного камня — порфира, малахита, лабрадорита и других – обращала внимание разнохарактерность подбора и сочетания скульптурных изображений.

Большой интерес представлял Розовый павильон («Озерки»). Он был задуман как некое подражание античной вилле. Его интерьеры принадлежали к лучшему из того, что было создано Штакеншнейдером «в Помпейском стиле». О главном помещении — Красной гостиной — Гейрот пишет: «В нижнем этаже павильона большая зала, роскошно отделанная и помпейском вкусе».

По отделке, разбивке стен и плафона гостиная принципиально не отличается от интерьеров тина Помпейской столовой Брюллова в Зимнем дворце. И здесь, и там очевидное подражание помпейским образцам. И все же между интерьером Штакеншнейдера и отделкой Брюллова различие существует. В последней больше тонкости, артистизма.

У Брюллова главную роль играют росписи, членение стен осуществлено в основном средствами живописи, у Штакеншнейдера же стена членится тектонически, объемно, пилястрами, горизонтальными тягами, а применение живописи, цвета сводится лишь к заполнению небольших, узких простенков и орнаментированных горизонтальных фризов.

Потолок у Брюллова воспринимается как единая плоскость, члененная орнаментально, у Штакеншнейдера — кессонированный потолок скорее восходит к Ренессансу, и лишь орнаментальные заполнения кессонов напоминают о Помпеях. Общий колорит гостиной определяется терракотовым топом с вкраплением других цветов. В убранство комнаты введена темная бронза (скульптура на пристенных консолях, на камине, люстра), что усиливает «помпейский» характер интерьера.