Типичные интерьеры в стиле «рококо»

691

Типичные интерьеры в стиле «рококо» сохранялись в некоторых особняках Петербурга, в частности, в доме номер 29 по Большой Морской улице, в особняке архитектора А. И. Штакеншнейдера (Миллионная, 10), а также в здании Академии художеств (небольшая Золотая , отделанная хотя и значительно позже, но весьма искусно, с максимальным приближением к французским образцам первой половины XVIII века). В интерьерах середины века начинают встречаться решения, связанные с подражанием формам так называемого стиля Людовика XVI — французского классицизма второй половины XVIII века. Однако в 1850-х годах такие случаи составляют исключение.

Этот псевдостиль войдет в моду позже — с 1860-х годов. В пределах данного периода «Луи сэз» в основном: смешивался с мотивами рококо. Примером является гостиная, воспроизведенная па акварели Ф. Пелеца. Отделка помещения в членениях стен подражает салону Марии-Антуанетты в Малом Трианоне. Однако орнаментально-декоративная разработка явно заимствована из интерьеров первой половины XVIII века. Характерен также неизвестный парадный , изображенный па акварели художника А. Редковского. Мотивы рококо использованы в декорировке камина, в обработке потолка. В том же духе выполнены люстра, рама зеркала. Несмотря на использование «рокайльного» орнамента, характер помещения явно не соответствует французским камерным интерьерам XVIII века. Наряду с применением форм западноевропейской архитектуры, зодчие обращают внимание на средневековую архитектуру Востока — возникает «мавританский» стиль. Но так же, как в отношении готики, увлечение этой архитектурой носило поверхностный характер.

Этот стиль представлял интерес лишь как новое средство декоративного убранства сооружений. Элементы «восточной» архитектуры можно наблюдать уже в Воронцовском дворце в Алупке, но там они в основном смешаны с английской готикой. Некоторые помещения, отделанные в «мавританском» стиле, были созданы в Зимнем дворце после пожара 1837 года, в Мраморном дворце, перестроенном в части внутреннего убранства А. Брюлловым, в особняке Юсупова на Мойке (Мавританский кабинет и др.) И. Монигетти, а также во многих особняках и квартирах второй четверти XIX века.

Стилистически люстры и лампы были разнообразны, причем среди всех «исторических» вариантов явно преобладали формы, связанные с рококо.

Важным элементом внутреннего оборудования здания оставались печи. Крупноразмерные изразцовые голландские печи занимали много места в комнатах, требовали большого количества дров. В 1830-1840-х годах и в последующее время появляются усовершенствованные конструкции печей, но внедрялись в практику эти новые системы медленно. В крупных сооружениях, таких как здание штаба войск гвардии в Петербурге, Большой Кремлевский дворец в Москве и некоторых других, монтировалось пневматическое отопление системы генерал-майора Амосова. Система эта была прогрессивной и использовалась в течение многих десятилетий. Она не портила интерьеров, поскольку не требовала размещения в комнатах каких-либо установок. Успехом пользовались также круглые железные «утермарковские» печи.

Комната в петербургском доме Апраксиных. Акварель А. Шарлеманя. 1854

В 1840-х годах они применялись и во дворцах. Обычные голландские печи облицовывались, как и раньше, чаще всего изразцами, кафелем, но декоративная обработка печей в богатых домах нередко заимствовала «готические» и иные стилистические мотивы. То же самое можно сказать и о каминах, которые становятся модными в 1830-1840-х годах, в период увлечения средневековой культурой. Несмотря па растущее применение печей в железных кожухах — наиболее простых и дешевых — продолжали проектироваться и крупные печи по специальным рисункам архитекторов.

В отделке интерьеров определяющее значение имеет обработка стен и потолков. В первой половине века в этом отношении наблюдалась сложная картина. Для отделки степ парадных помещений нередко использовался искусственный мрамор, но наиболее распространенным способом являлось покрытие их клеевой и масляной краской. Общая же тенденция была направлена на замену дорогостоящих индивидуальных отделок более дешевыми и простыми.

В дворцовых интерьерах со второй четверти века все реже применяется монументальная живопись. В обработке плафонов широкое распространение приобретают лепные трафаретные детали. О состоянии дела с росписями внутренних помещений в это время дает представление статья «Трафаретные рисунки»: «Ныне, когда в столице не только наведение трафаретных рисунков па потолки, но и лучшая стенная живопись постепенно оставляется и заменяется лепною работою из алебастра или обведением карнизов одною тонкою деревянного золоченою галтелью, резко и красиво отделяющейся от выбеленного алебастром потолка, старинный способ, обыкновенно употребимый для наведения трафаретных фигур на потолки, еще сохраняется в губернских городах ».

С течением времени в убранстве интерьеров дворцов и богатых домов заметно повышается роль тканей. Обычным приемом было обтягивание стен с созданием ровной, гладкой поверхности. Ткани «в гладь» натягивались на деревянные рамы. Однако, наряду с этим способом, в период классицизма стал использоваться и другой. Уже К. Росси покрывал стены легкими драпировками. В последующее время эта система получила еще большее распространение. В отличие от тканей периода классицизма орнаментальные рисунки декоративных материалов середины XIX века отличались стилистической разнородностью, нередко измельченностью рисунка. Декоративные ткани этого времени часто подражали тяжелому итальянскому бархату, парче Византии, французским шелкам XVIII века.