Проект Руинной комнаты в монастыре Санта-Тринита деи Монти в Риме

42

До 1767. Этот интерьер, созданный средствами иллюзионистической живописи на стенах монастырской кельи отца Лесюэра,— ярчайшее выражение страстного увлечения античностью.

Описание этого декора оставил нам зять Клериссо: «Входя, вы как будто оказывались в целле Храма, наполненного древними обломками, испытавшими разрушительное действие времени… Этому впечатлению соответствовала и мебель: кровать представляла собой богато украшенную античную ванну; камин был составлен из разных архитектурных фрагментов; пюпитром служил древний саркофаг, столом и стульями — карниз и перевернутые капители; собачьей конурой — остатки древней вазы.

Комната, когда-то послужившая источником вдохновения для Пиранези, Адама и других художников, сохранилась без своей первоначальной обстановки

На стенах своей Индийской комнаты Хоуп задумал расположить четыре полотна Томаса Дэниэла с изображением индийской архитектуры, под ними — «низкую по восточному обычаю софу… потолок повторяет потолки турецких дворцов… сетка из тростников, перевязанных лентами». Окраска «везде очень интенсивная и очень контрастная» (алый, небесно-голубой, бледно-желтый, лазурный цвет морской волны и разные оттенки золота).

Хотя Хоуп действительно путешествовал по Востоку, в форме и пропорциях его Индийской комнаты не было ничего даже отдаленно напоминающего Индию; интерьер был строго неоклассическим; мода на причудливые восточные фантазии шинуазри и тюркри ушла вместе с XVIII веком.

Образцом нового, «экзотического» интерьера стал Королевский павильон в Брайтоне, где была создана группа помещений по смелости и фантазии совершенно уникальных в то время, в первой четверти XIX века.

По-своему интерес к Индии нашел воплощение в кабинете дворца Пфауэнинзель в Берлине. Декоратор Бурнат превратил круглое, крытое куполом пространство в бамбуковую хижину, из которой «виднелись» восточные пейзажи, написанные П.-Л. Лютке. Примером соединения разнородных (египетских, помпейских, ренессансных) элементов в единой композиции были интерьеры Дж. Дэне а II в Стрэттон-парке (Хемпшир), но от этого здания в первоначальном виде сохранился только портик.

Наиболее интересной, смелой, новаторской фигурой в английской архитектуре начала XIX века, пожалуй, был сэр Джон Соун (1753—1837), учившийся у Дэнса. Его честолюбивые замыслы по большей части не осуществились, не дошел до нас и его настоящий шедевр — здание Английского банка.

На его архитектурное мышление глубокое влияние оказали годы, проведенные им в Италии (1776—1779). Под прямым воздействием Пиранези он ощутил в себе вкус и к превосходящим воображение масштабам, и к наборам декоративных деталей, взятых из разных, подчас совершенно неожиданных источников.

Не избежал он и влияния французского неоклассицизма в ранний период своего творчества. Он работал над интерьерами загородных домов в 1780-е годы под влиянием Холланда и Уайета, однако наиболее плодотворным был период с 1791 по 1806 год — тогда им были созданы превосходные интерьеры Уимпола, Бакингем-хауза и Тайрингема.