В Боскореале, например, три больших рисованных дверных проема образуют центр изощренно придуманных архитектурных форм, а в недавно открытой вилле в Оплонтисе в раме богато изукрашенных колонн смутно виднеется внутренний дворик с портиком и круглым tempietto* в центре.

Далее лучше всего будет процитировать один большой отрывок из Витрувия, поскольку там содержится современный взгляд на развитие стилей настенной живописи. Витрувий говорит, что «древние, положившие начало отделке стен, изображали на них сначала мраморные плиты с их разнообразными рисунками и в различных положениях, а затем разные сочетания карнизов и желтых клиньев.

Впоследствии они достигли того, что стали изображать здания, колонны и фронтоны с их выступами, открытые же помещения, как, например, экседры, благодаря большому пространству стен расписывали сценами в трагическом, комическом или сатирическом роде, а переходы, благодаря их большой длине, украшали разными видами, воспроизводя на картинах подлинные особенности отдельных местностей. Тут напишут гавани, мысы, морские берега, реки, Небольшой храм, (итал.)

Вскоре после 80 года до н. э., когда Помпеи стали римской колонией, в употребление вошел Второй помпейский, или Архитектурный, стиль. Первый стиль подчеркивал плоскость стены, но три следующих стиля помпейской живописи все более и более ломали грань между реальностью и воображаемым, создавая эффект обмана глаз (trompe loeil).

На первых порах Второй помпейский стиль обрамлял стенную поверхность нарисованными колоннами, стоящими на подиуме и поддерживающими иллюзорный карниз. В результате стена превращалась тем самым в своего рода иллюзионистический экран. Позже, около середины I века до н. э., верхнюю часть стены стали «открывать» небу, словно в саду; например, это хорошо видно в некоторых комнатах Виллы Мистерий в Помпеях.

Кубикула из виллы в Боскореале представляет собой законченное выражение этого типа. Эта комната из Боскореале -оказывает, как иллюзорная Второго стиля верно следует объему помещения, и именно против этого вскоре наступила реакция. Рисованная архитектура стала независимой от реального окружения, изображения стали строиться из отдельных фрагментов, часто заключенных в рамки, образованные декоративными фигурами, сценами или мотивами.

Именно этот иллюзионистический и фантастический элемент определял последующее развитие римской живописи, хотя следует иметь в виду, что в основе многих прихотливо вымышленных структур лежали вполне реальные архитектурные прототипы.

Во фресках из виллы Публия Фанния Систора в Садовой комнате из Дома Ливии. I в. до н. э. Рим, Римский национальный музей. Вилла, на стенах которой были эти прекрасные фрески, предположительно принадлежала жене императора Августа Ливии. Та свобода, с которой художник изобразил «вид», открывающийся в сад, вызывает в памяти описание Плинием работы художника, возможно Студия (Лудия), который воссоздавал «…пейзажные сады, священные рощи, леса, холмы… реки и берега — короче, любые сцены, обладавшие привлекательностью» источники, проливы, храмы, рощи, стада и пастухов. В некоторых местах имеются и монументальная живопись, и изображения богов, и развитие отдельных историй, а также битвы под Троей или странствования Улисса с видами местностей и со всем остальным, что встречается в природе.

Но то, что раньше воспроизводили по образцам действительных вещей, теперь отвергают из-за безвкусия. Ибо штукатурку расписывают преимущественно уродствами, а не определенными изображениями подлинных вещей: вместо колонн ставят кан- нелированные тростники с кудрявыми листьями и завитками, вместо фронтонов — придатки, а также подсвечники, поддерживающие изображения храмиков, над фронтонами которых поднимается из корней множество нежных цветков с завитками и без всякого толка сидящими в них статуэтками и еще стебельки с разделенными статуэтками, наполовину с человеческими, наполовину со звериными головами». (Перевод Ф. А. Петровского.)

Плиний приписывал Студию, «живописцу времен Августа», введение «приятного стиля украшения стен посредством изображения вилл, гаваней, пейзажных садов, священных рощ, лесов, холмов, рыбных прудов, проливов и берегов — короче, всевозможных сцен, обладавших привлекательностью». Возможно, наиболее привлекательными образцами таких сцен в рамках Второго стиля является Садовая комната на вилле Ливии, где сад практически вторгается в комнаты, или пейзажи на темы «Одиссеи» Гомера из виллы на Эсквилинском холме в Риме, находящиеся теперь в Ватиканских музеях. Стиль, который так не нравился Витрувию, был, таким образом, последней фазой Второго стиля и началом Третьего. (Если бы Витрувий дожил до Четвертого, то этот стиль несомненно привел бы его в еще большее раздражение.)