Кульминация палладианского стиля. Джон Уэбб и Кристофер Рен.

75

С позаимствованными у французов декоративными деталями явилась элегантная и безукоризненная серия интерьеров в Уилтон-хаузе, которая датируется началом 1650-х годов.

Удивительно, но всего лишь за несколько лет до этого архитектор- любитель сэр Роджер Пратт заметил по возвращении из Италии, что «архитектура здесь не достигла таких успехов, какие она имеет уже в других краях; она остается почти столь же грубой, какой она была в самом своем начале».

Интересно заметить, что в том же году Пратт спроектировал выдающийся ансамбль Коулсхилл в Беркшире, один из наиболее величественных английских загородных особняков, украшенный в манере Джонса. Дом этот трагически погиб от пожара в 1953 году.

Такой дом требовал внимания и средств нескольких просвещенных владельцев, поэтому во времена Республики строилось мало новых особняков. Одной из причин этого была всеобщая нехватка денег. Сэр Роджер Верни замечал, что «из всех моих знакомых вряд ли можно сыскать честного человека, который бы не жил в долг».

Карьера Джона Уэбба, лучшего ученика Джонса, охватывает период от его расцвета при королевском покровительстве в 1630-х годах до Республики и Реставрации. Его стиль был тесно связан с идеалами и опытом его учителя, но тем не менее Уэбб сумел выработать собственную манеру, как это видно в интерьерах в Чивнинге (графство Кент), созданных в 1655 году.

Салон в этом особняке является промежуточной ступенью между академическим палладианством Джонса и ранним английским барокко. Комната отделана деревянными панелями, которыми выложены плоские арки в обрамлении коринфских пилястр. Общее впечатление от интерьера более тяжеловесное, чем от работ Джонса.

Объединяет Уэбба с Джонсом его неодобрение Республики, что, впрочем, не мешало ему выполнять заказы ведущих деятелей того периода и вообще иметь процветающую практику, особенно с середины 1650-х годов. Великолепное мастерство Уэбба-оформителя позволяло ему продолжать традиции Джонса в использовании итальянских и французских источников, несколько приглушенных сообразно британским вкусам.

Во времена Реставрации снова широко развернулись строительство и декорирование особняков. Во главе народившегося английского барокко стоял оказавший определяющее влияние на его формирование Кристофер Рен (1632—1723). Путешествие в Париж, которое Рен предпринял в 1665 году, открыло ему глаза на высокий уровень французских ремесленников.

После того как он посмотрел «несравненные виллы Вои Мезон» и множество других зданий, он вернулся в Лондон с большим запасом гравюр на меди, «дабы показать соотечественникам образцы орнаментов и гротесков, в которых французы превзошли даже итальянцев, по собственному признанию последних».

Рен замечал, что целая армия, никак не меньше тысячи человек, трудилась в Лувре, украшая его резьбой по дереву, инкрустацией мрамором, лепниной, живописью, золочением и т. п. Все это подвигло его заняться обучением ремесленников хтя украшения королевских дворцов, собора Св. Павла и церквей лондонского Сити.

Англия была готова к новому стилю, символизировавшему восстановленное величие Стюартов, и наиболее значительные достижения английского барокко связаны с частными заказами. В то время как английская архитектура барокко в лице Вэнбру, Хоксмо- ра, Тэлмена и Арчера обладала весьма заметным своеобразием, большая часть интерьеров того периода была сравнительно невыразительной.

В целом, чем больше и грандиознее была попытка, тем менее удовлетворительным оказывался результат, особенно это относится к тем случаям, когда в программу убранства интерьера входили большие декоративные росписи. Барокко всегда оставалось в стороне от основного направления английских вкусов в отличие от деликатно одомашненного палладианства Джонса. Даже наиболее богатые декоративные схемы английского барокко отдают сильным провинциализмом.